Моя мама Вергасова Лятифя Хасьяновна

18 июня 1927 года

От брака деда Хасьяна с Фатимой родилось две девочки: старшая Ровза и младшая Лятифя, которые родились соответственно в 1925 и 1927 годах. 

Заметим, что деду тогда было 55-57.

Сестры отличались не только характером, но и внешним видом. 

Ровза имела все типичные черты смуглой татарской красавицы, с более женским характером, так как, видимо, успела вовремя получить нечто нужное от своей безвременно умершей матери

Младшая Лятифя, напротив, имела более славянский облик и более мужской татарский характер да еще Вергасовского разлива. Влияние отца оказалось более сильным.

Когда в 1935 году умерла моя бабушка Фатима, сестрам было соответственно 10 и 8 лет. А деду Хасьяну было 65!

Когда началась война и фронт продвинулся к Ростову-на-Дону, семидесятилетний дед с дочерьми двинулся вместе со всем народом на Восток страны. 

Но видимо поздно, так как чуть ли не на второй-третий день их обогнали немцы и развернули обратно в Ростов.

Когда Ровзу угнали в Германию, в ростовской квартире вместе с несколькими немецкими постояльцами Дед Хасьян остался со своей младшей дочерью, которая с устрашающей скоростью превращалась в привлекательную девушку.

Скорость такого превращения немного снижалась за счет недоедания и тягот жизни. 

Но природа брала свое. Нужно было научиться скравать свою молодость. 

Как они жили в те годы, я представления не имею. Так отрывочные сведения. Ничего существенного.

Лятифя во Львове в году 1951- 52 вышла замуж за фронтовика Алёночкина Василия Петровича, капитана военкомата города Ивано-Франков (бывший Янов), Львовской области.  

Сейчас бездетный Василий Петрович живет (живет ли?) в Рязани, на своей родине.

Переезд во Львов

Зимой, когда я учился уже во втором классе, моя мать уехала во Львов к своему очередному мужу Лозенко Николаю Игнатьевичу.

Я же до весны был оставлен на попечение соседки портнихи по имени Рузя и ее мужа Леонида. У них была дочь лет 12-13, а еще! мотоцикл "Харлей-Дэвидсон-1942".

Эта семья с мотоциклом жила в одной комнате. 

Мотоцикл Леня постоянно разбирал и собирал, а потому он всегда был в комнате. 

Один раз он меня на нем прокатил и отбил мне охоту у мотоциклу почти навсегда. 

Мне ещё понадобилось два приключения с мотоциклом, чтобы я навсегда разлюбил этот вид транспорта. 

Оба случая связаны с мотоциклом моего боярского соседа Сергея Афанасиевича Павлова. 

Один раз мы с ним улетели с дороги в пшеничное поле на подъезде к Германовке.

А второй раз поехали втроём с его отцом аж во Львов. Проветрились и промокли в дороге.

Обратно я уж вернулся поездом. Из путешествия я вынес стойкое убеждение, что плохонький автомобиль, но это всё же лучше любого распрекраского мотоцикла.

В Боярке, вернее в Новой Боярке, они живут в своём доме.