Странное впечатление осталось у меня от прочтения последнего материала Валерия Лебедева "Краденые деньги - источник демократии". Особенно от первой части статьи, посвящённой химическому разоружению.

Дело в том, что этой проблемой по линии Международного фонда "Демократия" я занимался некоторое время в качестве члена попечительского Совета специально созданного фонда "ТехЭко" и его представителя в США. Сам попечительский Совет возглавляет Александр Николаевич Яковлев.

Прежде всего следует сказать, что проблема уничтожения запасов химического и бактериологического оружия не является новой, а имеет свою собственную довольно продолжительную историю.

Взять, например, хотя бы проблему химического оружия затопленного на дне Балтийского моря, о чём написали газеты "Известия" в № 41 (25141) от 05 марта 1998 года и "Аргументы и факты" в июльском № 27 за 1998 год, а также генерал Суриков Б.Т.

Кроме того эта проблема является пусть и сложной, но всё-таки частью общей проблемы контроля над вооружениями, которая тесно увязана со всем тем наследством, что оставила "холодная война" и противостояние двух идеологических систем.

С началом Перестройки в СССР активизировалось сближение по всем направлениям международных отношений, в том числе и по вышеуказанному вопросу. Заработали проверенные механизмы взаимодействия на всех возможных уровнях. Прежде всего политическом, дипломатическом, военном, а позднее и по линии общественных организаций, таких как фонд Горбачёва М.С., фонд "Демократия", фонд "Техэко" и ТПП (Торгово-Промышленная Палата) России во главе с Евгением Примаковым.

Но только после ратификации с 29 апреля 1997 года указанная Конвенция стала обязательной для России, которая с этого момента должна была приступить к реализации программы уничтожения химического оружия.

Если принять во внимание всю ту сложную внутриполитическую обстановку, экономические трудности переходного периода, то можно легко догадаться, что благое намерение твёрдо выполнять принятые на себя обязательства по Конвенции, бюджету России были просто не по силам.

Это в частности легко угадывалось по тому как организационно предполагалось решать эти вопросы. Надо прямо сказать, здесь не просматривалось ни государственности, в изначальном смысле этого понятия, ни просто обыкновенной системности.

Вот тогда-то началась работа по поиску внебюджетных источкиков финансирования. Идея была в том, чтобы привлечь иностранных инвесторов к данной проблеме. Дело в том, что по ходу переработки запасов химического оружия, получаются большие количества ценных химических соединений. В то время представления были такими, что раз есть нечто ценное, то значит оно очень кому-то нужно

И раскупать всё это начнут просто на ура

Не случилось. Международный рынок не только насыщен всем этим и другим добром, но и хорошо сбалансирован. И просто так, с кондычка, никому ничего не нужно.

Активность общественных организаций сыграла свою положительную роль и в том, что помогла осознанию необходимости придания вопросу химического разоружения прежде всего достойного структурного статуса. Именно государственного.

Только с созданием Российского агентства по боеприпасам во главе с известным специалистом в области химического оружия Зиновием Петровичем Паком, стало понятно, что Россия признала проблему настолько государственной в управленческом контексте, что заслужила создания отдельного специализированного и полноразмерного министерства (Агентства).

Другими словами, несмотря на тот факт, что химическое оружие находится на балансе Министерства обороны, проблема уничтожения запасов химического оружия была отдана вновь созданному Агентству, которое сумело построить свою работу на основах гласности и открытости с известными и понятными ограничениями.

Примечательно, что в реализации данного вопроса задействованы все те, кто занимался им с самого начала. Так была обеспечена реализация одного из главных принципов управления - преемственность, а значит понятность и предсказуемость.

Именно это и обеспечило такой уровень доверия, который позволил странам Запада и прежде всего США, ассигновать много миллиардную помощь России в решении данного вопроса.

Агентство создавалось не на пустом месте

В производственном, техническом и технологическом смысле. Но прежде всего в кадровом. Там работают многие из тех, кто в своё время был причастен к созданию и совершенствованию этого оружия, а также с возможным его боевым применением.

К слову нужно заметить, что много кропотливой работы по созданию государственной системы по химическому разоружению было проделано в период премьерства Евгения Примакова.

Ко времени создания Агентства по боеприпасам были наработаны и отдельные технологические процессы и оборудование для уничтожения химоружия. Тщательно проработаны вопросы размещения заводов по уничтожению. Это прежде всего Камбарка в Удмуртии, Горный в Саратовской области и Щучье в Курганской области, где уже полным ходом идёт завершение строительства.

Была произведена чёткая инвентаризация химического оружия, определены места его складирования и безопасного хранения. Соответствующие карты были обнародованы. Отработана технология безопасного перемещения запасов, подлежащих уничтожению.

Указом президента Путина образована Государственная комиссия по химическому разоружению.

Ее руководителем назначен бывший премьер России, а теперь - полномочный представитель президента в Приволжском федеральном округе Сергей Кириенко.

Другой бывший премьер Сергей Степашин, руководитель Счётной палаты обеспечивает всесторонний. в том числе и международный, контроль за всеми денежными потоками, связанными с финансированием данной проблемы.

Так было завершено создание системы федеральных органов, призванных обеспечить выполнение Россией ее обязательств в рамках Конвенции о запрещении разработки, производства, накопления и применения химического оружия и его уничтожении от 13 января 1993 года.

К слову замечу, что созданная система управления способна решать и сходные вопросы.,связанные с утилизацией других сложных видов вооружений. Например, биологического, бактериологического, ядерного и т.п. Дело за политической волей.

Словом, Россия не сидела, сложа руки, а упорно делала всё, что было в её силах. Но самое главное - был успешно завершён целый комплекс работ по укреплению взаимного доверия.

Нельзя не заметить, что одновременно определённый перелом произошёл в подходе к решению проблем химразоружения и в странах Запада. И прежде всего в США. И не надо это трактовать в терминах победы и победителей. Сближение позиций и дружная работа - есть победа всех.

Конечно же вокруг этой проблемы возникают и соперничают разные интересы

И международные, такие как борьба вокруг технологии переработки. И местные, связанные с социальным развитием мест переработки. А где есть интересы, есть соперничество и борьба. Есть определённое противостояние с элементами нездорового накала страстей.

С признанием проблемы химического разоружения государственной проблемой, с укреплением взаимного доверия, пришла и широкая международная финансовая поддержка на межгосударственном уровне. Теперь можно считать, что период "разброда и шатаний" позади. И началась дружная работа.

А значит мир освободиться еще от одной серьозной угрозы своему существованию.

В добрый путь!

Москва. 22 апреля. ИНТЕРФАКС - Премьер-министр РФ Михаил Касьянов подписал распоряжение, в соответствии с которым генеральный директор Российского агентства по боеприпасам (Росбоеприпасы) Зиновий Пак освобожден от занимаемой должности.

Хвостов В.И. родился в 1947 году. Окончил инженерный факультет Военной академии химической защиты, Высшие академические  курсы при Академии Генштаба. Служил в Саратовском высшем военном инженерном училище химзащиты, управлении начальника  войск РХБЗ (В августе 1992 года химические войска получили своё современное название - войска РХБЗ).

Принимал активное участие в ликвидации последствий  катастрофы  на  Чернобыльской  АЭС. С 2000 начальник войск радиационной, химической и биологической защиты Минобороны. В декабре 2001 получил звание генерал-полковник.

11 ноября 2003. России разрешат продлить сроки уничтожения химоружия

Окончательные сроки по уничтожению химического оружия в России будут пересмотрены в сторону увеличения, сообщил во вторник директор специальных проектов Организации по запрещению химического оружия Сергей Бацанов. Он выступил на общественном форуме-диалоге, посвященном выполнению Россией Конвенции о запрещении химического оружия, передает РИА "Новости".

Бацанов напомнил, что при присоединении к Конвенции в апреле 1997 года Россия взяла на себя обязательство в течение десяти лет, то есть до 2007 года, уничтожить имеющееся у нее химоружие.

"Промежуточные сроки уничтожения химического оружия уже несколько раз пересматривались Организацией по запрещению химического оружия. Теперь уже ясно, что и окончательный срок будет также пересмотрен", - сказал Бацанов, добавив, что "принципиальное решение по этому вопросу уже есть".

Главной причиной, по которой требуется увеличить сроки уничтожения химоружия, он назвал недостаточное финансирование соответствующих программ, а также строительства объектов по дезинтоксикации боеприпасов, содержащих отравляющие вещества. В то же время Бацанов подчеркнул, что, несмотря на объективные трудности с финансированием, российская сторона намерена "резко наращивать" темпы по уничтожению химоружия.

На сегодняшний день Россия обладает примерно 40 тысячами тонн отравляющих веществ, которые хранятся на спецобъектах в шести регионах страны.

Эти объекты расположены: в городе Почеп Брянской области - там находится примерно 18,8 процента отравляющих веществ, имеющихся в распоряжении Вооруженных сил России; в поселке Марадиковский Кировской области - 17,4 процента; в городе Щучье Курганской области - 13,7 процента; в городе Камбарка в Удмуртии - 15,9 процента, в городе Кизнер также в Удмуртии - 14,1 процента; в поселке Леонидовка Пензенской области - 17,2 процента и в поселке Горный Саратовской области - 2,9 процента.

В апреле нынешнего года бывший глава Российского агентства по боеприпасам Зиновий Пак сообщил, что Россия уничтожила 400 тонн химоружия, что составляет один процент от общих запасов.

Зюганов Геннадий Андреевич

Три года службы в армии (1963-1966)- служил в Вооруженных силах в подразделениях радиационной и химической разведки в Белоруссии, Челябинской обл. и Группе советских войск в Германии. Заместитель командира взвода (Челябинская обл., 1966 г.).

"Службы - никому такой не пожелаешь, - вспоминает Зюганов. - Из трех лет год провел в противогазе и резиновом костюме. Таскал руками все типы отравляющих и радиоактивных веществ. Сжег три пары сапог, пропитанных радиацией".

Однажды на полигоне, зараженном синильном кислотой, верхняя гайка на его противогазе отошла: "потерял бдительность". Почувствовав привкус металла во рту, Геннадий Андреевич успел подать сигнал напарнику, и тот, увидев у Геннадия "зрачки во весь глаз, перекрыл подсос ядовитого воздуха... Тогда же в армии в 1964 г. Зюганов "совершенно осознанно" вступил в КПСС.

Воинское звание: подполковник запаса химических войск

Были когда-то времена, когда призыв в ряды Советской Армии юноши за честь считали. Хотя служить надо было три года. В 1963 году прямо со студенческой скамьи призвали Зюганова в армию.

Попал он в подразделения радиационной и химической разведки. Сначала послужил в Белоруссии, потом в Германии, Челябинская область "на закуску" пришлась. Сам Зюганов рассказывал, что в армии во второй раз чуть было с жизнью не расстался. На химическом полигоне это было. Бежал-бежал он в противогазе, а потом задыхаться начал.

С клапаном там было что-то не так: то ли с самого начала бывший преподаватель НВП Геннадий Зюганов, выбирая противогаз, этого не заметил, то ли солдаты что-то подкрутили – специально для заместителя командира разведвзвода. В общем, насилу Зюганова откачали.

Геннадий Андреевич Зюганов о своей службе в армии:

- В армии, можно сказать, я потерял шевелюру. Мой шикарный "ежик" "подстригла" радиационная разведка. Ведь из трех лет службы я год проходил в противогазе.

А призвали меня на срочную в 1963 году, прямо из института. И направили служить в разведку по борьбе с атомным, химическим и бактериологическим оружием. Отслужил исправно все положенные в то время три года. За это время пришлось побывать в Белоруссии, на Урале, в Группе Советских войск в Германии. Здесь в звании гвардии старшего сержанта в 1966 году ушел на "дембель". В Магдебурге сдал экзамены и стал лейтенантом.

Еще с детства много занимался спортом, поэтому никаких особых проблем не было, зато часто снились вещие сны. Как-то приснилось, что мне дают отпуск, и я еду домой. Просыпаюсь утром и думаю: "Да-а, хороший сон". На следующий день ложусь спать, а мне опять снится тот же сон, только начало слегка "оборвано", зато вижу: будто дома меня встречает отец на машине. Откуда, думаю, она у него?

Вскоре состоялись крупные учения, на которых я решил очень сложную "боевую" задачу по защите после ядерного удара. И меня наградили "увольнением" на Родину. Добрался я из Германии до нашего райцентра и увидел: отец и его друг приехали встречать меня на мотоколяске... На машине, где и чемодан-то некуда было положить. Разве не вещий сон?

О службе в армии у меня самые приятные воспоминания. Она по праву стала школой жизни, многому научила, в том числе и водить все типы машин. В спецразведке это умение просто необходимо, а поэтому водил трактор, БМП, танк, "газик" и прочее. Но заправского водителя из меня не получилось: я был командиром, а тут не до руля, главное - карта и оперативная обстановка