Леонид Богданов

Государственный человек
К 80-летию со дня рождения Героя Социалистического Труда Б.Е. Щербины

За все время существования областного совета ветеранов не помню, чтобы какое-либо мероприятие длилось так долго, как вечер памяти Б.Е. Щербины. Шесть часов кряду вспоминали собравшиеся об этом человеке, вписавшем свое имя в историю великой страны.

Ведь благодаря его дарованию руководителя и непреклонной воле, отечественная да и мировая энергетика в XX столетии серьезно продвинулась вперед по пути прогресса человеческой цивилизации.

Инициатива проведения этого вечера памяти принадлежит живущим в Москве соратникам и ученикам Бориса Евдокимовича. Двое из них, хорошо знакомые иркутянам, приехали к нам. Это Александр Владимирович Власов и Леонард Григорьевич Ширяевский, когда-то наши комсомольские вожаки, ставшие затем крупными государственными деятелями: первый -- предсовмина РСФСР, второй -- членом коллегии Миннефтегазстроя СССР. С их выступлений и начался вечер.

Пусть простят мне его участники, но я не буду пересказывать их выступления. Это просто невозможно сделать в одном материале, а из двадцати выступлений дать только три-четыре, обидеть остальных. Расскажу об юбиляре так, как он мне увиделся в рассказах ветеранов, из собственных знаний.

Когда в 1951 году Щербина был избран секретарем Иркутского обкома партии, многим казалось, что он для этого слишком молод. Его молодила одежда. Вместо привычной для большинства партработников "сталинки" -- полувоенного френча, он носил по фигуре сшитый костюм, светлую сорочку, модный галстук. Он следил за своей внешностью, того же требовал от подчиненных.

Он не курил, выпивал только по праздникам в очень ограниченном количестве, никогда и нигде не ругался матом и даже не кричал на провинившихся. 

Он умел гасить эмоции, был сдержан и рассудителен

Было ему тогда всего 32 года, но за плечами уже набрался немалый житейский и трудовой опыт. Родился Щербина 05 декабря грозного девятнадцатого года, в семье рядового железнодорожника, на станции Дебальцево, что в Донбассе. Успешно окончил школу и поступил в 1937 году в Харьковский институт инженеров железнодорожного транспорта.

Через два года за успехи в учебе и активную общественную работу был награжден Почетной грамотой ЦК ВЛКСМ Украины. На следующий год добровольцем участвовал в войне с Финляндией в составе 316-го отдельного лыжного эскадрона.

Когда та война закончилась, Щербина вернулся в институт. Окончил его в сорок втором, когда уже шла другая война -- Великая Отечественная. На этот раз сражаться на фронте не довелось. Пришлось заниматься организацией войсковых железнодорожных перевозок и работать в комсомоле. С должности секретаря Харьковского обкома ЛКСМУ его взяли на партийную работу -- секретарем Харьковского горкома. А отсюда его и отправили с двумя еще товарищами на укрепление Иркутской парторганизации.

Иркутская область была тогда мало обжитым краем с плохо развитой промышленностью. Иркутский авиазавод, черемховские шахты, Ленские золотые прииски и слюдяные рудники на Маме -- вот почти и все, что имело тогда наше Приангарье. Между тем, возможности региона были на диво уникальные: имелись мировые запасы пресной воды, Ангара обладала самым мощным в мире энергетическим потенциалом, запасы превышали 8 миллиардов кубометров древесины и несколько миллиардов тонн высококачественных железных руд. Имелись просто колосальные залежи каменной соли, глин, строительных материалов.

Деятельность Щербины удачно совпала с разворотом работ по освоению этих богатств. Постепенно природные ресурсы стали трансформироваться в не менее впечатляющие объемы промышленной продукции. Начала давать тысячи киловатт часов электроэнергии первая ГЭС на Ангаре -- Иркутская, и началось сооружение величайшей в мире -- Братской, которая как раз в год отъезда Щербины дала первый ток. Вошли в строй первые гидролизные заводы первого на иркутской земле нефтехимкомбината и вырос новый город -- Ангарск. Прорезали вековую тайгу мощнейшие линии электропередачи. Началось строительство первого в области алюминиевого завода и города Шелехов. Был создан Восточно-Сибирский научный центр с десятком исследовательских институтов.

Ко всему этому Борис Евдокимович, как говорится, "руку приложил" как в качестве главного в области "идеолога", так потом -- второго секретаря обкома партии, непосредственно отвечающего за дела в промышленности.

Он много ездил по предприятиям и стройкам, часто выступал в рабочих коллективах. И всегда людей поражали свежесть мыслей, опирающихся на интересный опыт, убежденность оратора и его целеустремленность -- сделать жизнь людей лучше, богаче, одухотвореннее.

И в ЦК справедливо решили, что настало время дать возможность этому человеку развернуться в полную силу. 

Так он стал первым секретарем обкома партии в Тюмени

До большой нефти было еще далеко, но оправдывалось предвидение академика Губкина, что она в Сибири есть. Уже были газовые и нефтяные фонтаны в Березово и Шаиме, у поселков Мега и Усть-Балык, в ряде других мест. Всего было открыто к концу 1961 года 12 газовых и 5 нефтяных месторожденний. Этого было очень мало для создания топливно-энергетического комплекса, но рискнули, начали создавать. Борис Евдокимович, изучив проблему, поверил геологам, их умопомрачительным прогнозам о запасах углеводородного сырья.

Создание комплекса велось бурно. Строили магистральные газопроводы и нефтепроводы, линии электропередачи и связи, железные и автомобильные дороги. Уже в 1965 году добыли первый миллион тонн нефти, а всего через пять лет открыли более 80 месторождений, отправили на переработку уже более 31 миллиона тонн нефти.

Что и говорить, хлебнули тогда лиха строители первых нефтепроводов. Наверное, и сейчас еще не все приноровились "проходить" знаменитые тюменские болота. В те годы вообще с трудом верилось, что в такой глухомани, где за сотни верст ни жилья, ни дорог, можно построить нефтепровод.

И все же подобрали ключи к болотам. По сей день служат трассовикам приемы и методы, которые нашли в те нелегкие годы. Искали упорно, не отступая перед неразрешимыми задачами.

С таким же упорством Щербина налаживал быт нефтяников

Тем руководителям, кто относился к жизнеустройству рабочих спустя рукава, влетало от него по первое число. Он изо всех сил старался привлечь людей на работу в Тюменскую область, особенно на ее север. Сохранился любопытный документ -- задание Щербины проектировщикам на северное жилье.

"Ввиду недостатка кислорода в воздухе надо увеличить объем квартир, поэтому высоту комнат следует принять 3 м, а не 2,5. Исключить однокомнатные квартиры -- одинокий человек должен жить в общежитии, а для семьи даже из двух человек однокомнатная квартира не годится.

Учитывая состав приезжающих семей и высокий уровень рождаемости, предусмотреть в доме следующие квартиры: 4-комнатные -- 40%, 3-комнатные -- 40% и 2-комнатные --20%. Учитывая сырой климат и условия работы добытчиков, буровиков и строителей на открытом воздухе, в каждой квартире предусмотреть сушилку для одежды и обуви.

На первом этаже каждого подъезда предусмотреть колясочную, чтобы там оставлять детские коляски и велосипеды. В четырех- и трехкомнатных квартирах предусмотреть по 2 санузла. В каждой квартире должен быть хороший холл..."

По этому проекту в Сургуте и ряде других городов и поселков было построено при Щербине немало таких домов, в них на каждую семью приходилось 70-100 квадратных метров полезной площади. Уже после отъезда Щербины из Тюмени проект северного дома заменили на более скромный, менее затратный.

В 1973 году Борис Евдокимович стал министром строительства предприятий нефтяной и газовой промышленности СССР. Одиннадцать лет пробыл он в этой высокой должности. За эти годы строители создали целую сеть газа- и нефтепроводов в западную часть страны и за рубеж. Были привлечены ученые России, Украины и Белоруссии к решению технологических и технических проблем на этих трассах, сооружаемых в условиях болот, вечной мерзлоты, очень низких температур и бездорожья. Началась автоматизация промыслов и обслуживание их вахтовым методом. А главное -- удвоилась длина магистральных трубопроводов и в несколько раз возросли годовые темпы обустройства нефтяных и газовых промыслов, что позволило стране выйти на первое место в мире по добыче нефти и газа.

В январе 1984 года Б.Е. Щербину назначили заместителем Председателя Совета Министров СССР

Ему выпало координировать работу более десяти министерств и ведомств. С работой большинства из них ему пришлось знакомиться практически с нуля. Борис Евдокимович проявил чудеса (другого слова и не подберешь!) выносливости, работая более полутора лет в режиме "без выходных", по 12-16 часов в сутки. А ему, между прочим, в то время перевалило за 65.

Его деятельность в этой должности оказалась во многом драматичной. 26 апреля 1986 года он был поставлен во главе правительственной комиссии по ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС.

А 7 декабря 1988 года случилась новая беда -- землетрясение в Армении, разрушившее полностью города Спитак и Ленинакан (теперь -- Гюмри). И снова Щербина возглавил правительственную комиссию -- уже по ликвидации последствий землетрясений.

Пришлось действовать в экстремальных условиях, оперативно принимать решения, не спать иногда сутками. Он заражал окружающих собственной жизнестойкостью, силой духа и с честью выполнил многотрудную миссию.

Щербина с трудом усваивал нравы кремлевских коридоров. Выступая на заседаниях Политбюро или секретариатах ЦК, никогда не приукрашивал состояние дел, резал правду-матку. Наверное, поэтому у него не сложились отношения с бывшим в те годы Председателем СМ СССР Н.А. Тихоновым, кабинетным руководителем, который портил людям нервы своими мелочными придирками.

Борис Евдокимович был человеком честным и принципиальным

Показательна записка, продиктованная им летом 1990 года для Политбюро ЦК КПСС. В ней Щербина с тревогой говорил об обстановке в стране и о рвущейся к власти в государстве группировке Ельцина. "Сам по себе факт избрания Ельцина Председателем Верховного Совета РСФСР опасен последствиями в политике и экономике страны, утверждал Борис Евдокимович. Ни политических, ни моральных качеств новоявленный руководитель Верховного Совета для такого поста не имеет".

Завершал Щербина свою записку пророчески: "Если группе Ельцина удастся полностью захватить Верховный Совет и Совмин республики, наступит тяжелейшая полоса в истории страны".Но тогда он не был услышан.

Дала о себе знать полученная в Чернобыле радиация, в четыре раза превышающая допустимый предел. 22 декабря 1990 года его сердце перестало биться. Его похоронили на Новодевичьем кладбище в Москве.

Остались его соратники и ученики. Они создали выпущенную недавно в столице книгу "Уроки Щербины", прекрасно иллюстрированную. Есть в ней высказывание депутата Государственной Думы РФ, в прошлом советского премьера Н.И. Рыжкова: "Считаю, что у Щербины надо учиться государственному подходу. Все, что им делалось, он оценивал через призму государственности. Это главный урок, который могут извлечь из опыта Бориса Евдокимовича наши политики и государственные мужи".

Как хотелось бы, чтобы действительно извлекли. Это было бы лучшей памятью о Борисе Евдокимовиче Щербине.

* * *

Губернатор области Б.А. Говорин принял московских гостей: А.В. Власова -- ныне руководителя иркутского землячества в столице, и Л.Г. Ширяевского -- члена правления землячества. Заметим, что наше землячество в Москве объединяет более 300 уроженцев Приангарья. Среди них -- шесть бывших союзных министров, заслуженные деятели науки и искусства, которые не теряют связи со своей "малой" родиной.

В состоявшейся продолжительной беседе с губернатором разговор шел и об "уроках Щербины", и о настоящем положении дел в экономике области, о намечающемся преодолении кризиса и перспективах на будущее.

Гости обещали поддержку Б.А. Говорину в Москве.

При перепечатке ссылка на "Восточно-Сибирскую ПРАВДУ" обязательна.
Вторник, 5 октября 1999 года №197 (23562)

www.pseudology.org