М.Б.Назаретов

До Октябрьской революции 1917 г. в нашей стране в руках иностранных монополий и во владении собственных частных предпринимателей находилось 60% всей добычи нефти в стране и 75% торговли нефтью и нефтепродуктами. После революции и гражданской войны новому правительству досталось крайне запущенное и до предела разоренное хозяйство нефтепромыслов и нефтезаводов, а также железнодорожного транспорта, обеспечивающее нефтью экономику и социальные нужды страны. В особенности пострадали самые крупные в то время нефтяные центры – Баку и Грозный.

Повсюду в стране царили продовольственный голод и страшная нужда в топливе, к тому же на Кавказе все еще продолжалась гражданская война. В Баку и Грозном нефтяники вместе с частями Красной армии мужественно боролись против внутренней контрреволюции и интервентов. Бакинцы взяли под охрану нефтяные промыслы и заводы, оберегая их от вражеского уничтожения.

Грозненцы также охраняли свои промыслы и нефтехранилища, в частности, от многочисленных поджогов. В Новогрозненском районе многие фонтаны горели почти полтора года (до весны 1919 г.). Автор данной статьи, родившийся в Грозном в 1912 г., в свои ранние годы был очевидцем пожаров фонтанных скважин и земляных нефтяных амбаров. Спустя много лет, уже работая в этом районе главным инженером, я узнал из архивных материалов об огромном ущербе, нанесенном Новогрозненскому месторождению.

2

Из выступлений и статей В.И.Ленина известно,что в то время именно он был инициатором национализации нефтяного хозяйства. Он отлично сознавал исключительную важность этой меры для судьбы молодой советской власти, но вместе с тем у него и людей из его окружения были сомнения в преждевременности национализации.

Выражалось беспокойство о том, что для этого в стране еще недостаточно было своих собственных технических специалистов и опытных рабочих кадров. Не было также нового современного оборудования и средств для его приобретения. Раздавались даже голоса за временное сохранение иностранных концессий. Однако бакинские нефтяники при поддержке грозненских настаивали на ускорении национализации, заверяя правительство и лично В.И.Ленина, что они сами вполне способны справиться с этой задачей.

Летом 1918 г. для переговоров с В.И.Лениным был направлен представитель Бакинского Совета С.М.Тер-Габриэлян. После переговоров В.И.Ленин согласился с доводами нефтяников. 20 июня 1918 г. был опубликован Декрет Советского правительства.

В первом пункте Декрета государственной собственностью объявлялись нефтегазодобывающие, нефтеперерабатывающие, нефтеторговые, подсобные по бурению и транспортные предприятия со всем их движимым и недвижимым имуществом, где бы оно не находилось и в чем бы не заключалось. Торговля нефтью объявлялась государственной монополией. Для управления всеми национализированными нефтяными предприятиями страны создавался Главный нефтяной комитет (Главнефтеком).

К непосредственным действиям по национализации нефтяной промышленности в Баку и Грозном фактически приступили лишь с 1920 г., поскольку после опубликования Декрета возникли серьезные трудности, связанные с последствиями разрушений и диверсий в хозяйстве нефтепромыслов и нефтезаводов, а также на железнодорожных сооружениях, предназначенных для транспортировки нефтяных грузов к местам потребления. К тому же на Кавказе еще не завершились военные действия против белогвардейцев и интервентов.

Но несмотря на напряженную обстановку, в Баку и Грозном был начат вывоз нефти и нефтепродуктов, частично сохранившихся в земляных амбарах промыслов и емкостях нефтезаводов, а также нефти, добываемой из оставшихся в эксплуатации скважин. Для руководства всеми этими работами и восстановления хозяйства предприятий в Баку и Грозном были созданы органы управления с подчинением их ВСНХ и Главнефти. Подбором руководителей лично занимался В.И.Ленин.

В Баку был направлен А.П.Серебровский, который был хорошо известен по революционной работе, и его высоко ценили за его ум и энергичность, высокую организованность и недюжинные организаторские способности. [Серебровский Александр Павлович (1884-1938). Член партии с 1903 г. С 1920 г. - председатель "Азнефги", правления Всероссийского нефтесиндиката, заместитель председателя ВСНХ СССР. С 1926 г. - начальник "Главзолота", одновременно с 1931 г.-заместитель наркома тяжелой промышленности. С 1925 г. - кандидат в члены ЦК партии. Член ВЦИК и ЦИК СССР. Репрессирован: реабилитирован посмертно]

Александру Павловичу был вручен подписанный Лениным мандат за № 5355 с поручением организовать нефтяное хозяйство в Бакинском районе и руководить отправкой нефти и нефтепродуктов в центр страны. Одновременно ему было поручено оказание содействия 11-й Кавказской Красной Армии на правах начальника гарнизона.

По удачному совпадению руководителем партийной организации Азербайджана был избран С.М.Киров. Оба руководителя – Серебровский и С.М.Киров, а вместе с ними и Г.К.Орджоникидзе, сыграли выдающуюся роль в восстановлении нефтяного хозяйства Баку, чем и заслужили благодарную память нефтяников.

Серебровский и С.М.Киров умело подбирали в аппарат “Азнефти” опытных технических специалистов. К ним относятся такие выдающиеся деятели, как М.В.Баринов (ставший впоследствии начальником “Азнефти”), главный инженер Ф.Б.Рустамбеков, заместители начальника К.А.Румянцев, Г.Б.Агавердиев и И.Н.Опарин, руководители крупнейших нефтепромыслов Я.В.Лаврентьев, А.И.Крылов и другие, внесшие весомый вклад в восстановление и последующий технический прогресс нефтяного Азербайджана.

3

Иначе складывалась ситуация с национализацией нефтяной промышленности Грозного. Здесь подготовка к ней сначала легла на плечи военных: на 11-ю Красную Армию Левандовского и 8-ю армию Тухачевского, а затем на специально сформированную Кавказскую трудовую армию. Вопрос о ее создании обсуждался 23 января 1920 г. на Совете труда и обороны под председательством Ленина. Было решено создать Кавтрудармию на основе тыловых учреждений и отдельных частей 8-й армии для использования на нефтепромышленных и связанных с ними работах в районе Грозного.

Позднее, 21 февраля 1920 г. Ленин подписал “Положение о Кавказской армии труда”. Действие ее сначала предполагалось распространить, кроме Грозного, на Ставропольскую губернию и на Кубанскую и Терскую области, а потом и на ряд других прилегающих районов.

Логика принятия решения о создании Кавтрудармии по словам Ленина состояла в том, что “армию сейчас мы демобилизовать не можем. Не сегодня, так завтра империалисты начнут наступление на молодую Советскую республику. Красная армия должна быть готова дать отпор”. Перед Кавтрудармией ставились две основные задачи: создание продовольственной базы и обеспечение снабжения нефтетопливом пунктов, указанных центром.

24 марта 1920 г. в Грозный вступили части Красной армии, вытеснив деникинские войска, а 29 марта М.Н.Тухачевский назначил по указанию Ленина приказом № 274 временным (до утверждения центром) командующим Кавтрудармией военного комиссара Иосифа Викентьевича Косиора, которому было приказано разработать план формирования армии с немедленным продвижением ее штаба в район Грозного.

Так официально началась энергичная организаторская деятельность И.В.Косиора по национализации и восстановлению нефтяного хозяйства, хотя и до этого по заданию Ленина он уже обстоятельно знакомился с состоянием Грозненского нефтепромышленного района и примыкающих к нему железнодорожных путей.

Вскоре по указанию Ленина в Грозном было создано Центральное нефтяное управление (ЦНУ), объединившее все нефтяное хозяйство района. Председателем ЦНУ стал Косиор, с сохранением за ним должности командующего Кавтрудармией. По рекомендации Ленина заместителем Косиора был назначен С.М.Ганшин, техническим директором был утвержден Н.И.Родненский.

4

И.В.Косиор, к сожалению, сейчас мало известен молодым нефтяникам. Родился он 27 августа 1893 г. Его отец, Викентий Янович, был выходцем из городка Венгров Седлецкой губернии Варшавского воеводства (Польская республика), служил в солдатах, затем крестьянствовал на своем нищенском земельном наделе. Жилось тяжело, поэтому отец продал свое хозяйство и в 1897 г. с семьей переехал в Донбасс, в город Сулин, где стал работать на Сулинском металлургическом заводе – сначала чернорабочим у домны, затем газовщиком.

В семье Иосиф был третьим сыном, старших братьев звали Станислав и Владислав, а младших – Казимир и Михаил. Была еще сестра. Когда Иосифу исполнилось 8 лет, отец отдал его учиться в техническую школу при металлургическом заводе. В 11 лет, закончив школу, Иосиф работал посыльным. Однако в декабре 1905 г., оставив из-за локаута Сулинский завод, семья Косиоров переехала в город Алчевск (впоследствии Коммунарск).

Здесь в 1906 г. Иосиф поступил на работу в доменный цех Юрьевского завода, где уже работали его отец и старший брат Станислав. В июле 1907 г. Станислав был арестован за революционную деятельность, затем забрали и его братьев – шестнадцатилетнего Владислава и четырнадцатилетнего Иосифа, но через месяц их освободили как несовершеннолетних и за отсутствием улик. Так, еще подростком, Иосиф приобщился к революционной работе. В 1908 г. в партийной организации Донецко-Юрьевского завода в Алчевске уже состояли четыре брата – Станислав, Владислав, Казимир и Иосиф Косиоры.

Подробности их революционной и партийной деятельности изложены в работе грозненского историка Г.А.Ерещенко “Иосиф Косиор”, изданной в 1988 г. в Грозном, в Чечено-Ингушском издательстве. Отмечу только два важных эпизода из жизни И.В.Косиора. В 1910 г., однажды ночью, полиция окружила Юрьевский завод и рабочий поселок, произвела повальные обыски и к утру арестовала 50 человек, в том числе Иосифа Косиора и его ближайших товарищей. Около года он просидел в тюрьмах, пока шло следствие и судебное разбирательство.

Косиор был приговорен к ссылке на вечное поселение в Сибирь, куда прибыл в сентябре 1911 г. Его поселили в глухом таежном селе Покатьево. В ссылке он продолжал политическую работу, поддерживал связь с партийными организациями России, одновременно продолжал учиться, много читал. В то же время его не покидала мысль о побеге из ссылки, он стремился в промышленные центры, чтобы продолжать революционную работу.

Когда началась первая империалистическая война, Косиор, как и многие другие ссыльные, стал изучать военное дело, что пригодилось ему в дальнейшей жизни. В 1916 г. ему удалось совершить побег из ссылки и поселиться в Иркутске. Там Косиор стал одним из активных организаторов подполья. В 1917 г., после подавления руководимой им забастовки, Косиор был вынужден покинуть Иркутск и приехать в Москву. В это время началась февральская революция.

Переезд в Москву был вторым важным этапом в жизни Косиора. Здесь он быстро приобрел авторитет в большевистских кругах, участвовал в военных операциях и в Октябрьской революции. Избирался в различные московские руководящие органы, в частности был членом Моссовета от Замоскворечья.

В своей деятельности он приобрел большой хозяйственный опыт, связанный, в частности, с национализацией предприятий. В результате попал в поле зрения В.И.Ленина и других руководителей правительства, что послужило, в последующем, поводом для выдвижения его на работу по восстановлению грозненской нефтяной промышленности в сложных условиях северного Кавказа.

5

Таким образом, из всего того, что известно о Косиоре, следует, что он был выбран Лениным не случайно, а вполне осознанно. Еще до официального назначения в Грозный Косиор имел поручение Ленина лично обследовать состояние Грозненского района и железнодорожных путей и сооружений, так как первостепенная задача состояла в необходимости регулярного вывоза нефти и ее продуктов в центры страны.

В то время Иосифу Викентьевичу было 27 лет. В апреле 1920 г. части возглавляемой им Кавтрудармии прибыли в Грозный, штаб разместился в доме тифлисского купца Мирзоева на Дворянской улице (впоследствии проспект Ленина), а отдельные части армии были дислоцированы на нефтяных промыслах, в Заводском районе вдоль железной дороги и ее сооружений.

Замечу, что восстановительные работы осложнялись действиями враждебных элементов, расхищавших с рабочих мест инструменты, детали оборудования насосных и водонапорных станций, железнодорожных объектов. Кроме того, они грабили грузовые поезда и нападали на персонал предприятий. Для предотвращения преступных действий трудармейцы присоединили к своим усилиям усилия горожан.

Горнотехническое нефтяное управление армии сразу приступило к руководству 63 предприятиями и фирмами, приняло меры по их охране, провело учет наличия нефти и нефтепродуктов, сохранившихся на промыслах и нефтезаводах, занялось также тушением пожаров нефтяных объектов и т.д. Первый успех, достигнутый трудармией и горожанами, связан с организацией отправки в центр по железной дороге первых двух поездов с грузами нефти и нефтепродуктов из сохранившихся запасов в промысловых емкостях нефтезаводов.

С неимоверными трудностями из отремонтированных цистерн с надписями “Подарок Владимиру Ильичу от нефтяников Грозного” были сформированы поезда и в сопровождении охраны из трудармейцев и представителей от нефтяников отправлены в Москву сразу после митинга 11 апреля 1920 г. Поезда прибыли в Москву в ночь на 22 апреля. Ленин поблагодарил сопровождающих и поручил Главтопу распределить груз между потребителями.

Следующее, что было сделано командованием Кавтрудармии, – это оказание продовольственной помощи нефтяникам Грозного. Приказом по трудармии № 22 от 25 апреля 1920 г. все нефтяные промыслы и заводы, находящиеся в ее ведении, были зачислены на обеспечение продовольствием при снабармии. Одновременно были определены и объявлены нормы выдачи единовременной помощи работающим и членам их семей.

В это время в Грозный прибыли представители Главнефтекома для формирования аппарата Грозненского центрального нефтяного управления (ЦНУ). Его возглавила коллегия из трех человек – председателя и двух членов коллегии – представителей Главнефтекома и рабочих организаций Грозного. Председателем был утвержден Иосиф Викентьевич, а ВСНХ утвердил также и членов коллегии.

26 апреля обсуждалась структура управления. Решено было создать при нем следующие отделы: геолого-разведочный, промысловый с подотделами, нефтезаводской и товаро-транспортный. Во главе отделов были поставлены управляющие, а в двух из них – в промысловом и нефтезаводском – назначены еще и комиссары из членов компартии, подчинявшиеся непосредственно председателю коллегии.

Помимо того комиссары были назначены и в каждой группе промыслов (в Старогрозненском районе было пять групп, в Новогрозненском – две), а также на каждом нефтезаводе. На них возлагались контроль за работой предприятий, участие в разработке планов развития и содействие росту производительности труда. Комиссары были наделены довольно большими полномочиями, на документах по техническим вопросам их подпись была обязательной. Такая в первое время была особенность грозненских органов управления, обусловленная сложной обстановкой в районе.

6

С самого начала восстановительных работ требовалось предпринять много мер, связанных с упорядочением всего нефтяного хозяйства. Дело было в том, что отсутствовали внутрихозяйственные связи между прежними частными владениями из-за бездорожья, слабого развития трубопроводных сетей, соединяющих между собой промыслы, заводы и наливные эстакады. Это тормозило не только отправку горючего на север страны, но и лишало возможности внутренних перевозок грузов и рабочих.

Достаточно сказать, что только для Старых промыслов, где проживало около 10 тысяч рабочих и служащих, требовалось завозить ежесуточно 140 тыс. пудов (2295 т) материалов, оборудования и продуктов питания. В поступлении большого количества грузов нуждался и Новогрозненский нефтепромысел, а также нефтезаводы и другие предприятия. Естественно, что сразу же возникла необходимость первоочередного сооружения внутрихозяйственных подъездных железнодорожных путей: широкой колеи на Старогрозненские промыслы и узкоколейки на Новогрозненский промысел. Косиор одобрил эту инициативу и взял под личный контроль проектирование и строительство железных дорог.

Работы велись весьма интенсивно, проводились субботники и воскресники. Помню, как в мальчишеском возрасте вместе с отцом я участвовал в воскреснике по сооружению насыпи под рельсы широкой колеи на Старые промыслы. Народ, заинтересованный в этой жизненно важной дороге, работал активно. Позднее, после окончания школы, я ездил по узкоколейке и на Новые промыслы, где работал хронометражистом на одной из первых буровых вращательного бурения. Строительство собственных железнодорожных путей сыграло огромную положительную роль в быстрейшем восстановлении нефтяного хозяйства и последующем развитии экономики Грозного.

Недаром, когда в мае 1920 г. на приеме у Ленина в присутствии Г.К.Орджоникидзе, И.М.Губкина, С.Г.Струмилина и грозненцев А.А.Медведева и Е.Г.Чернова Косиор сообщил, что проектирование дороги идет успешно, Ленин предложил Косиору лично докладывать ему о сооружении железнодорожных путей и восстановительных работах в Грозном.

Потом были попытки передать эти подъездные пути железнодорожному ведомству, но нефтяники неизменно отвергали их, и более того, по просьбе нефтяников Малгобека, соорудили еще одну железную дорогу – от г. Малгобека на всю протяженность Малгобек-Вознесенской промысловой площади.

В этой статье мне представилась возможность изложить содержние интересной и обстоятельной брошюры грозненского автора А.Б.Одинцова, которую он мне прислал после издания в Грозном в 1985 г. под названием “Дни нефтяного Перекопа”. Приведу из нее лишь некоторые эпизоды, относящиеся к деятельности И.В.Косиора в Грозном, где он был признан нефтяниками талантливым руководителем – основателем старейшего в стране объединения “Грознефть” и его первым начальником.

Оба грозненских историка – Е.Г.Ерещенко и А.Б.Одинцов в своих работах отмечают, что И.В.Косиор, возглавляя Кавтрудармию, как опытный военноначальник не раз принимал участие в военных операциях против белогвардейцев.

Однако грозненцы, обращаясь в центр лично к Ленину, добивались, чтобы Косиор был занят только руководством восстановительными работами в Грозном. Тем не менее, 25 августа 1920 г. приказом Реввоенсовета Республики И.В.Косиора все же отозвали на фронт для руководства на Кубани операциями против десанта врангелевского генерала Улагая в районах станиц Ново-Николаевской и Ново-Нижнестеблиевской.

За мужество, проявленное в разгроме опорного пункта Улагая, И.В.Косиор был награжден орденом Красного Знамени. В боях он был серьезно ранен и после выздоровления 3 октября 1920 г. отозван из 9-й Кубанской армии. После ряда несостоявшихся попыток перебросить его на другие военные операции Косиор 29 октября возвратился к обязанностям командующего Кавтрудармией.

Вернувшись, он сразу же сосредоточил внимание на ускорении ремонта железной дороги, мостов и сооружений, чтобы обеспечить решение другой главной задачи – регулярного вывоза нефти в центр страны всеми способами доставки (трубопроводами, железной дорогой, водными путями и др.).

7

Важное значение для последующего развития нефтяной промышленности в стране имел первый Всероссийский съезд нефтяников, состоявшийся в Москве с 31 декабря 1921 г. по 10 января 1922 г. На нем кроме официальных лиц присутствовали 40 человек во главе с А.П.Серебровским от Баку и 25 человек во главе с И.В.Косиором от Грозненского нефтеуправления. Надо заметить, что работа съезда проходила в соответствии с новой экономической политикой государства (НЭПом).

Косиор в своем выступлении на съезде настаивал на необходимости предоставления местным органам управления самостоятельности во всех вопросах. Эта необходимость возникла из-за трудностей в снабжении предприятий материалами, современным оборудованием, продовольственными товарами, обувью и одеждой, в результате чего снизились объемы производства и начался отсев рабочих и технических специалистов. На съезде даже были выдвинуты предложения о возвращении иностранных концессий.

Косиор дважды – 2 и 3 января – высказывался против концессий и предложил выходить из создавшегося положения своими силами, используя ту долю нефти, которая предназначалась бы концессионерам, реализовать самим за границей для закупок оборудования и другого дефицита. С такой же просьбой обращались из Баку А.П.Серебровский и С.М.Киров. Это предложение на съезде было поддержано и принято Центром, однако сразу осуществить его Косиору и Серебровскому было нелегко вследствие бюрократизма, проявленного некоторыми правительственными учреждениями.

Инициатива двух крупных нефтяных руководителей, поддержанная Лениным, Г.К.Орджоникидзе, С.М.Кировым и другими, принесла большую пользу и привела нефтяников к успехам в восстановлении и развитии своей отрасли. Этот опыт оказался весьма результативным и даже в наше время достоин внимания.

Косиор умело пользовался возможностями Кавтрудармии единения с нефтяниками для успешного решения поставленных задач. В декабре 1920 г. политическое положение в Чечено-Ингушетии улучшилось, и постановлением СТО от 7 декабря за подписью Ленина Кавтрудармия вновь была переведена на трудовое положение, а 16 января 1921 г. ВСНХ снова назначил Косиора председателем коллегии ЦНУ.

14 января 1921 г. Реввоенсовет объединенной Армии труда Юго-Востока России по докладу И.В.Косиора утвердил новую программу грозненского нефтеуправления и задания Кавтрудармии. Однако 8-16 марта 1921 г. состоялся Х съезд РКП(б), на котором было принято решение: “В связи с сокращением армии и необходимостью повышения ее политического и боевого уровня принять меры по освобождению армии от трудовых задач”.

Что касается Кавтрудармии, имевшей на 1 февраля 1922 г. численность до 6,635 человек, 31 мая командарм И.В.Косиор подписал приказ о прекращении ее деятельности. При этом первый инженерный полк был передан в полное подчинение Главному инженеру строительного управления ЦНУ Е.Г.Чернову, а многие командиры и политработники армии перешли на работу в нефтяную промышленность Грозного.

8

В мае 1922 г. грозненское нефтяное управление было преобразовано в “Грознефть”. В приказе, изданном Косиором, было сказано: “Впредь ЦНУ с промыслами и заводами именовать сокращенно “Грознефть””. Позднее он назначил помощниками начальника ЦНУ С.М.Ганшина и А.А.Шибинского. Летом 1922 г. была сделана новая попытка: в связи с расформированием Кавтрудармии назначить И.В.Косиора помощником командующего Туркестанским фронтом.

Грозненцы обратились в ВСНХ с просьбой оставить Косиора в Грозном, подчеркивая его незаменимость в восстановлении Грозненского нефтяного района и отмечая, что только личными качествами Косиора можно объяснить успех в восстановлении промыслов и значительное увеличение вывоза нефти.

В ВСНХ внимательно отнеслись к письму рабочих и служащих, и Иосиф Викентьевич был оставлен в Грозном на прежнем посту. Под его руководством продолжалось усиленное развитие грозненской нефтяной промышленности.

Так, по инициативе Косиора в плане ГОЭЛРО большое место было отведено электрификации грозненской нефтяной промышленности. 24 марта 1921 г. И.В.Косиор на заседании ЦНУ доложил, что Грозненский промысловый район включен в государственный план электрификации, и в тот же день создал комиссию под руководством А.А.Шибинского для подготовки соответствующих материалов и представления в Центр.

По плану намечалось и впоследствии было осуществлено строительство двух новых электростанций в Октябрьском и Заводском районах и расширены возможности электростанции “Красная турбина” в Старопромысловом районе. Для выполнения задач электрификации в Грозном Косиором была создана самостоятельная организация – “Электроток”.

Разумеется, для финансирования большого объема работ по электрификации и вообще для подъема нефтяной промышленности Грозного требовалось много средств для закупки оборудования и материалов за границей. Эта проблема была решена в правительстве путем предоставления грозненцам и бакинцам самостоятельности в закупках за рубежом. И в этом заслуга И.В.Косиора и А.П.Серебровского, продвигавших такое предложение в Центр.

В конце декабря 1922 г. и в начале 1923 г. в Грозном началось падение добычи нефти, в результате чего возникли трудности с выполнением плана. Иосиф Викентьевич со свойственной ему энергичностью организовал ремонт старых и бурение новых скважин в Новопромысловом районе. Особое внимание при этом было уделено перспективной скважине 13/54. Бурение, длившееся 156 дней, закончилось успешно.

17 августа 1923 г. скважина дала первый после национализации мощный фонтан дебитом около 1640 т/сут. Нефтяники назвали скв. 13/54 именем И.В.Косиора и направили телеграмму об успехе в Центр.

Через несколько дней на имя Косиора пришла телеграмма от руководителя Горного управления ВСНХ А.П.Чубарова и его помощника И.М.Губкина: “Поздравляем с новым фонтаном 13/54. Благодарим ... Республике при недостатке топлива подарок особенно ценен”. Через год грозненцы отметили юбилей фонтана имени Косиора, перевыполнили план добычи, обеспечили программу экспорта нефти на Волгу, и при этом за операционный год прибыль составила 2577 тыс. рублей.

В этот период И.В.Косиор стал уделять больше внимания не только действующим месторождениям, но и поискам новых. С 1923 г. по его ходатайству нефтяная секция Геолкома ВСНХ и Комитет грозненских разведок Московской горной академии по руководством И.М.Губкина начали геологические исследования Восточного Предкавказья.

9

В конце 1923 г. закончился период восстановления грозненской нефтяной промышленности и наступил период ее технической реконструкции. По инициативе Косиора и буровых мастеров П.Е.Ежкова и А.Н.Саакова началось внедрение вращательного способа бурения. А в совершенствовании техники добычи нефти важным шагом явился переход от примитивного тартального способа добычи нефти к насосной эксплуатации.

Тартальный способ добычи в Грозном имел свою любопытную историю. Я был очевидцем и довольно хорошо помню, что тартальщиками в основном работали приехавшие из неурожайных районов на заработки волжские татары. Они очень добросовестно относились к своей опасной профессии. Название самого способа добычи произошло от татарского слова “тарт” - доставать.

Обычно тартальщики, чтобы не задремать на вахте, особенно ночной, и не допустить затаскивания желонки (подобие ведра из длинной трубы с клапаном внизу), подвешенной на стальном канате, под кронблок вышки при подъеме из скважины, напевал немудреную песенку: “Сам бурильщик, сам тартальщик, сам хозяин буровой”. Все же канат довольно часто обрывался, желонка падала на устье скважины, иногда происходило искрение и пожар охватывал буровую вышку.

Помню было много попыток изобрести надежный “противозатаскиватель” желонки под кронблок, но пока подъемные лебедки имели паровой привод, эти попытки были безуспешными. Решение было найдено только с переходом на электропривод, но окончательно выход из положения нашли лишь с переходом на откачку жидкости из скважины глубинным погружным насосом.

Подобных технических проблем возникало много, поэтому Косиор стал уделять серьезное внимание обмену передовым опытом между нефтяными районами страны. 26 марта 1925 г. он сам выехал в Баку для ознакомления с достижениями бакинцев, получил от поездки массу впечатлений и рассказал бакинским нефтяникам об опыте грозненцев. Вернувшись в Грозный, Косиор 5 апреля 1925 г. направил г. в Баку свою группу специалистов и рабочих из 30 человек во главе с С.М.Ганшиным для глубокого изучения и последующего использования в Грозном опыта Бакинского района.

Немало сил Иосиф Викентьевич отдал созданию научно-исследовательских учреждений нефтяной промышленности. Начав с Грозного, он своим приказом №41 от 7 апреля 1925 г. соединил существующие центральную и заводскую лаборатории в одну общую с целью объединения усилий научных и инженерно-технических работников. Создаваемая Центральня лаборатория “Грознефти” вводилась в состав главной конторы и подчинялась непосредственно начальнику “Грознефти”. Однако Центральная лаборатория из-за ограниченной тематики исследований не удовлетворила Косиора.

В 1925 г. он обратился в ВСНХ с предложением организовать в Москве отраслевой Центральный научно-исследовательский нефтяной институт. ВСНХ принял это предложение, и даже было решено начать строительство для него в Москве здания, но при осуществлении этого плана возникли финансовые затруднения. Тогда И.В.Косиор и А.П.Серебровский предложили всем нефтяным трестам и Нефтесиндикату выделить средства и на кооперативной основе начать строительство.

В декабре уже был утвержден устав института и созданы следующие отделы: геологический и разведки нефти, химии и технологии нефти, промысловой механики и нефтетранспорта, а также экономических исследований. Как известно, институт был создан и действует до сих пор (правда разделившись на несколько отдельных по ведомственному признаку).

10

Между тем Косиор все же добивался сосредоточения науки на решении местных неотложных проблем. 11 мая 1925 г. он выступил в грозненском Доме научно-технических работников с содержательным докладом о научно-технической деятельности “Грознефти”, в котором подверг резкой критике работу Центральной лаборатории, подчеркивая при этом, что жизнь требует постановки и решения новых задач.

По докладу была принята резолюция о расширении лаборатории и создании в ней новых отделов, способных шире охватить научные проблемы нефтяного хозяйства, не ограничиваясь исследованием нефтей. В 1926 г. “Грознефть” выделила на расширение Центральной лаборатории средства для строительства нового здания и закупки за границей нового лабораторного оборудования. А в 1927 г. Совнарком принял постановление о создании в Грозном на базе Центральной лаборатории Нефтяного научно-исследовательского института “Грознефти”. Это был первый в стране нефтяной исследовательский институт в составе отдельного нефтяного района.

Несмотря на критическую оценку уровня и содержания научно-технических разработок в Грозном, Косиору удавалось обеспечить внедрение новых технологий. Так, впервые в стране, на Новых промыслах и в Заводском районе уже в 1925 г. вошли в эксплуатацию газолиновые заводы, работавшие по абсорбционной или компрессорной схеме. Этим было положено начало газоперерабатывающей промышленности в стране.

Здесь заслуга грозненского инженера И.Н.Аккермана, поддержанного Косиором. Вдвоем им удалось преодолеть консерватизм некоторых специалистов. Приведенные в докладе И.Н.Аккермана на Совете нефтяной промышленности результаты были высоко оценены академиком И.М.Губкиным, И.И.Елиным и другими учеными.

И.В.Косиор упорно противостоял теории неизбежного отставания разведочного бурения от эксплуатационного. Он считал, что глубокой разведке должны предшествовать основательные полевые геологические исследования. При поддержке И.М.Губкина и энергичном содействии И.В.Косиора эта работа была направлена на верный путь.

Был создан Комитет по грозненским разведкам при Московскй горной академии, в который вошли крупнейшие геологи страны: И.М.Губкин, Архангельский, Розанов, Прокопов, Калицкий, Тихонович и другие. Косиор также понимал, что развитие Грозного невозможно без широкого развития и значительного совершенствования техники и технологии буровых работ. Его усилия привели к успеху. В 1925 г. объем бурения повысился в 40 раз по сравнению с 1920 г., план эксплутационного бурения был перевыполнен на 17%, а вращательный способ составил 25%.

“Грознефть” разработала план модернизации своего нефтяного хозяйства, для чего за границей закупила оборудование. Для этого в апреле 1926 г. в загранкомандировку была направлена на длительный срок группа специалистов во главе с С.М.Ганшиным.

Специалисты побывали на 25 заводах Германии, Чехословакии, Франции, Англии, где ознакомились с выпускаемым оборудованием. Затем они посетили США для изучения опыта американских коллег. Поездка была успешной для осуществления намеченного плана модернизации.

11

Отмечу еще одну инициативу Косиора. Переход “Грознефти” на хозрасчет позволил с каждым годом увеличивать прибыль, часть которой Иосиф Викентьевич неуклонно направлял на строительство жилья и культурно-бытовых объектов. Только за 1923-1924 гг. в районах Старых и Новых промыслов было впервые построено четыре рабочих городка из домов коттеджного типа со всеми удобствами, что было для нефтяников радостным событием, также как и последующее строительство Алдынского водопровода, рабочего клуба на Старых промыслах и Дворца культуры на Новых промыслах. В этом была большая заслуга Иосифа Викентьевича.

К пятилетию национализации “Грознефть” справилась с заданиями по восстановлению и развитию своего нефтяного хозяйства. Удалось не только восстановить нефтедобычу, но и превзойти довоенный уровень на 13%. А в 1925 г. добыча увеличилась по сравнению с 1920 г. более чем в 5 раз. Из 313 скважин 125 уже эксплуатировались глубинными насосами с электроприводом.

Во вращательном бурении в 1921 г. работал всего один станок, а к ноябрю 1925 г. - уже 15 станков. 15 мая 1925 г. Иосиф Викентьевич направил докладную записку тогда уже ставшему председателем ВСНХ СССР Ф.Э.Дзержинскому “О достижениях коллектива грозненских нефтяных промыслов за 5 лет”. Дзержинский сразу же поздравил грозненцев с юбилейной датой и в приказе отметил: “Те успехи, которых достигла “Грознефть”, настолько несомненны, настолько ясно выявлены, что делают трест одним из образцовых хозяйственных предприятий”.

Учитывая высокую оценку работы “Грознефти”, И.В.Косиор 25 мая 1925 г. внес в президиум Грозненского окружного исполкома предложение о награждении грозненцев - активных участников восстановительных работ орденом Трудового Красного Знамени. На другой день на заседании Грозненского окружкома и Всероссийского союза горнорабочих, с участием представителей предприятий и организаций, был утвержден список рекомендуемых к награждению рабочих и служащих “Грознефти”.

20 ноября 1925 г. Президиум ВЦИК СССР издал указ о награждении 13 человек “За отличие в дни организации и восстановления разрушенного нефтяного хозяйства” орденом Трудового Красного Знамени. В число награжденных вошли И.В.Косиор, С.М.Ганшин, Н.И.Родненский, Е.Г.Чернов и другие. Кроме того, большая группа нефтяников и энергетиков была удостоена почетных грамот Героев Труда.

И.В.Косиор уделял большое внимание проблеме обеспечения предприятий кадрами рабочих и специалистов, которых не хватало в нефтяной промышленности. В годы первой мировой войны до 30% нефтяников было мобилизовано на фронт, а тысячи семей вынуждены были покинуть Грозный из-за пожаров и разрухи на промыслах и заводах. Пополнение рабочей силой за счет приезжающих на заработки из других районов страны и трудармейцев было совершенно недостаточным. К тому же еще ЦНУ в свое время потребовало от предприятий с целью упорядочения условий труда отстранить от работы на производстве не достигших 14-летнего возраста и направить их на учебу, а для подростков установить сокращенный рабочий день и запретить работы в ночную смену.

12

Очень требовательный к нарушителям дисциплины Косиор в то же время серьезно заботился о здоровье и лечении нефтяников, организовал Дом отдыха на Старых промыслах и взял в аренду Горячеводский курорт, а также санатории в Кисловодске и Ессентуках.

Заботясь об обеспечении кадрами, Косиор считал, что их надо готовить на местах и для обучения создавать на предприятиях профтехнические курсы для рабочих промысловых и заводских квалификаций. Для поготовки специалистов-технологов еще ЦНУ в короткий срок образовало Грозненский высший нефтяной техникум, открывшийся 1 августа 1920 г. Но уже в 1921 г. по ходатайству Косиора техникум был преобразован в Грозненский нефтяной институт (ГНИ).

В нем предусматривалось трехгодичное обучение с последующей годичной практикой инженеров по узким специальностям. Директором института был назначен приват-доцент Л.В.Курский, выходец из Кавтрудармии, возглавлявший до института Грозненский техникум.

В 1925 г. состоялся первый выпуск инженеров нефтяных специальностей. Выпусники-инженеры ГНИ довольно высоко ценились в стране. Позднее институту было присвоено имя М.Д.Миллионщикова, бывшего его студента, с которым мне удалось учиться, ставшего потом вице-президентом АН СССР.

Не могу не отметить, что Косиору было свойственно активно выступать в печати, при том по достаточно широкому кругу проблем. В журналах “Нефтяное и сланцевое хозяйство”, “Азербайджанское нефтяное хозяйство”, “Грозненский нефтяник” и в газетах “Правда”, “Экономическая жизнь”, “Известия” и “Нефтерабочий”, а также в других изданиях он обсуждал злободневные темы. Они касались экономики, технологии, производительности труда и др.

Остается только удивляться разносторонности его знаний и широкой осведомленности, хотя образование у него было не столь высоким и получено главным образом за счет начитанности и огромного жизненного опыта. Он поддерживал постоянный контакт с учеными “Грознефти”, участвовал в обсуждении их научных разработок, не прерывал связи с ними даже после перехода на работу в центральный аппарат страны. Не случайно институту было вначале присвоено имя первого руководителя “Грознефти” И.В.Косиора.

13

Начальником “Грознефти” Иосиф Викентьевич был более 6 лет - с апреля 1920 по октябрь 1926 г. 9 июня 1926 г. председатель ВСНХ СССР Ф.Э.Дзержинский, высоко ценивший организаторские способности Косиора, назначил его председателем правления “Югостали” - крупного металлургического треста, объединявшего 14 заводов Донбасса и Приднестровья. Однако работать здесь И.В.Косиору пришлось недолго.

15 октября 1927 г. новый председатель ВСНХ В.В.Куйбышев назначил его зампредом ВСНХ. Косиор с энтузиазмом принялся за новую работу, тем более, что кроме металлургической отрасли ему пришлось вплотную заниматься нефтью. Он посещал Баку и Грозный, проводил совещания с нефтяниками и металлургами по проблемам, касающимся обеих отраслей.

Вернувшись в Москву после совещания в Грозном 16 февраля 1928 г., Косиор утвердил новый устав “Грознефти”, в котором ей присваивалось название “Государственный трест грозненской и кубано-черноморской нефтяной и газовой промышленности “Грознефть”. Этим был расширен район деятельности прежнего государственного общесоюзного треста “Грознефть”.

На новом месте Косиор стал обращать внимание не только на развитие старых нефтяных районов, но и на разведку и освоение новых месторождений. Так, узнав о первых признаках нефти в скважине, бурившейся на калийную соль в Верхнечусовских городках, он занялся освоением этого перспективного района, привлек крупных специалистов, организовал помощь со стороны старых нефтяных районов. Выезжал на месторождение сам, привез в Москву первые образцы нефти на исследование. В июле 1929 г. по инициативе Косиора здесь был создан трест “Уралнефть”.

В трудовой биографии периода индустриализации страны у Косиора было немало назначений и перемещений, причем занимал он важнейшие должности. Но где бы он ни находился, его дружба с нефтяниками Грозного не прерывалась. Когда грозненцы выполнили в 1931 г. нефтяную пятилетку в 2,5 года, в чем была немалая заслуга и бывшего начальника “Грознефти” И.В.Косиора, Президиум ВЦИК наградил его Орденом Ленина.

В свою очередь Косиор отправил грозненцам приветственную телеграмму, в которой были и такие слова: “Жалею, что не могу присутствовть на Вашем торжественном заседании вследствие того, что исполняю поручение Правительства в Сибири. Ваш Косиор.”

Это был период особого внимания к развитию Дальнего Востока, куда его направили на работу одновременно уполномоченным Союзного Совнаркома, Наркомата топливной промышленности и Наркомата путей сообщения по Дальневосточному краю. На этой работе он и оставался до конца своей жизни.

Жизнь Иосифа Викентьевича оборвалась внезапно и преждевременно. Умер он 3 июля 1937 г. в санатории “Барвиха” под Москвой. Ему было всего 45 лет. Через зал в здании ЦИК, где на траурном постаменте стояла утопающая в цветах урна с прахом покойного, прошли тысячи людей, прощающихся с человеком исключительных способностей и великих дел. После гражданской панихиды траурная процессия направилась на Новодевичье кладбище. Затем после траурного митинга крупнейший деятель промышленности Завенягин поместил урну в нишу с черной мраморной плитой и надписью: “Косиор Иосиф Викентьевич, 1893-1937”.

Источник

Косиор Виталий Викеньевич (?)
{1906}. 
Член РВС 12-й А. 2-го состава (1920). 
[Не знач.]
Член партии с 1906, 1907 г. |3158| делегат «Седьмой (Апрельской) Всероссийской конференцииРСДРП(б)» (1917), 8-го (1919), 9-го (1920), 11-го (1922), 12-го (1923) съездов партии, соответственно от: Петроградской, ВЦСПС, Украинской, Екатеринбургской, ВЦСПС как член президиума и редактор газеты «Труд» п/о.

Косиор Иосиф Викентьевич (1893 – 03. 07 1937): 
{1908}. 
Военный комиссар 12-й стрелковой дивизии (1918-19); член РВС 13-й А. (1919); член РВС Терской группы войск и одновременно командующий Кавказской армией труда (1920); член РВС 9-й А (1920). 
[Не знач.] 
Член партии с 1908 г. |3159| делегат 14-го (1925), 15-го (1927) съездов партии, соответственно от Северокавказской п/о и ЦК ВКП(б). С 1933 г. уполномоченный СНК СССР по Дальневосточному краю. Умер в санатории. 
Примечание.
У упомянутых выше братьев Косиора В. В. и Косиора И. В. были еще два брата, имена которых 
в «ГВиВИ» лишь упоминаются без указания занимаемых ими должностей в составе РККА (См. ниже).

Косиор Казимир Викентьевич (1891 -1938)
{1907}
[Не знач]
Делегат 3-го (1907) съезда РСДРП.
Инструктор профсоюза металлистов в Москве (1917) 
В 1920-21 гг. активный участник дискуссии о профсоюзах (сторонник Троцкого Л. Д.)
В 1929 г. исключен из партии, а в 1930 г. осужден(?). 
Примечание.
По-видимому, Косиор К.В. отбыл какой-то срок в ИТЛ, а затем освобожден, но не долго (Я. М.)
Справка. 
По данным «Сталинских расстрельных списков» 
«КОСИОР Казимир Викентьевич 
20.08.38 

«КОСИОР Елизавета Сергеевна 
20.08.38 Москва-центр, жены врагов народа Кат.1» 
8.38 Москва-центр Кат.1» 

Косиор Станислав Викентьевич (1889 – 26. 02 1939) 
{1907}В 1918 г. В Петрограде, «левый коммунист». 
С 1918 г. секретарь (нарком) финансов Украины; член ЦК КП(б) Украины; 
секретарь подпольного Киевского комитета партии; с 1921 г. на партийной работе на Украине. 
На момент ареста 03. 05 1938 г. — заместитель председателя СНК СССР и председатель 
Комиссии советского контроля при СНК СССР. 
Член партии с 1907 г. |3160| делегат «Седьмой (Апрельской) Всероссийской конференции РСДРП(б)»(1917), «Шестого съезда РСДРП(б)» (1917), 12-го (1923), 13-го (1924), 14-го (1925), 15-го (1927) 16-го (1930) 17-го (1934) съездов партии, соответственно от: дважды Петроградской, Томской, Новониколаевской, Иркутской, Московской, Харьковской и Украинской п/о.
Примечание. 
В «Сталинских расстрельных списках» КОСИОР С. В. на значится. 
Дата смерти КОСИОРА С. В.  приводится по данным книги:

Залесский К.А. Империя Сталина. Биографический энциклопедический словарь. Москва, Вече, 2000

www.pseudology.org