| Валентин Исаакович Рабинович | |
| Внук Андрей | |
|
Но, что бывает, пожалуй, еще реже, сын позаимствовал у матери неординарные математические способности, а у отца бесстрашие и полное отсутствие комплексов. Родись Андрей десятью – пятнадцатью годами ранее, когда в стране господствовали одноколейные маршруты, быть бы ему академиком. В Московском авиационном институте, на факультете прикладной математики, он учился так: профессор одной из математических кафедр вручал ему на очередной учебный год какой-нибудь заумный фолиант, по которому в конце года устраивал многочасовое собеседование; на следующий год то же самое проделывал профессор другой математической кафедры; пять лет – пять монографий, пять собеседований. Остальные предметы засчитывались Андрею практически заочно – в обмен на его услуги институту, которые заключались в том, что за лето он приводил в порядок наружные стены институтских корпусов: где надо – красил, где надо – сперва поправлял штукатурку, а красил уже потом. 2 Свой первый кооператив, бравший подряды на косметический ремонт наружных стен многоэтажных зданий, Андрей организовал еще будучи школьником. Реальных работников в этом кооперативе было всего двое – сам Андрей и молодой инженер, придумавший простое и надежное устройство, заменявшее подвесную люльку и позволявшее вести штукатурные и малярные работы в одиночку. Чтобы можно было не только работать, но и прилично зарабатывать при еще не отмененных тогда обязательных копеечных тарифных ставках, Андрей фиктивно зачислял в «бригаду» дюжину-другую знакомых парней, которые рады были получить от него халявную десятку. Самому же ему настоящий заработок нужен был по вполне основательной причине: уже в шестнадцать лет он обзавелся собственной семьей, причем сперва из трех, а вскоре из четырех человек. 3 Первый год своей совместной жизни они провели в ста километрах от Москвы, где его избранница получила работу в местной больнице и комнату в общаге. В то время Андрей уже был принят в институт, и, опасаясь, что он сорвет учебу и останется без высшего образования, я пустил его в свою временно пустовавшую квартиру. За шесть лет, которые провел в ней мой старший внук, он обзавелся сыном Ваней и дипломом об окончании своего примата. После прошедшей с блеском защиты дипломной работы талантливому выпускнику была предложена аспирантура в только что организованном академическом Институте прогнозов – что-либо заманчивей такого предложения в принципе трудно было бы вообразить. Но Андрей от него отказался – на аспирантскую стипендию семью не прокормишь. И занялся составлением компьютерных программ, в основном финансовых, которые охотно раскупались. Работал он по большей части в собственных фирмочках, иногда возглавлял компьютерные центры в частных компаниях. В конце концов, когда его отец Юрий Георгиевич Никитин организовал книготорговое предприятие «Лавка “У Сытина”», Андрей помог создать там информационный центр и, возглавив его, стал правой рукой отца. 4 Мне очень жаль, конечно, что незаурядные способности моего старшего внука, перевалившего уже за возраст слезшего с печи Ильи Муромца и начавшего свою проповедь Христа, тратятся не на добычу новой информации, а на переработку старой, уже добытой кем-то. Но такова сегодня участь большинства российских талантов – даже таких вышедших в дамки, как системщик Березовский, химик Ходорковский, биолог Бендукидзе, нашедших себя в бизнесе. Однако, чтобы добиться выдающихся успехов в этой сфере человеческой деятельности, нужно быть неизмеримо б'ольшим прагматиком, нежели человек, способный, сам еще не встав на ноги, взвалить на свои плечи ответственность за других людей Источник Оглавление |
|