Это имя
впервые я услышал от своей матери задолго до того,
как оно приобрело всемирную известность. В детстве
мама не раз
рассказывала мне, как она заключала мирный договор с Финляндией, делегацию
которой возглавлял очень молодой по сравнению с возглавлявшим советскую
делегацию старым большевиком
Керженцевым человек по имени
Паасикиви.
Дело было осенью 1920 года. Пионеры и комсомольцы еще пели «Марш Буденного»: «Даешь Варшаву, дай Берлин, мы врезалися в Крым!», – но наступательный порыв бродившего по Европе призрака коммунизма выдохся. Истерзанной шестью годами непрерывного кровопролития России нужен был мир во что бы то ни стало. Мир внутри страны – хотя бы между теми, кто сокрушил царское самодержавие, между рабочими и крестьянами. Мир на ее границах – все более сужавшихся. Первой страной, подписавшей мирный договор с советской Россией, была Эстония. Второй решила сделать то же самое Финляндия. Мою мать, только что окончившую Коммунистический университет имени Свердлова, владевшую немецким и французским языками, включили в состав советской делегации, направленной на переговоры с финнами в эстонский город, который эстонцы называли Тарту, немцы Дерпт, русские Юрьев.
2 Тартусский мирный договор дал России долгожданное спокойствие на всей северной части западной границы страны. А Финляндия, с легкой руки Паасикиви, установила со своим восточным соседом настолько приличные отношения, что даже две войны с ним, которые произошли в последующем, одна по его инициативе, другая по своей, не смогли нарушить их надолго. Сам же Паасикиви стал после Второй Мировой войны президентом Финляндии, которая при нем наладила с Россией тесные экономические, да и чисто человеческие отношения. Финская промышленность стала жить в основном российскими заказами, особенно судостроительная, бумажная, пищевая. В отпускной сезон, да и просто по уик-эндам, чуть ли не пол-Финляндии можно было встретить на Невском проспекте.
Кое-что от Тартусского мирного договора перепало и мне лично. Во-первых, финны во время войны не пропустили через свою территорию германские войска, не дали им возможности атаковать с севера блокированный немцами с юга Ленинград, в котором я тогда находился. Таким образом, можно сказать, что Паасикиви я обязан своей жизнью. Источник
Оглавление