Леонид Ильич Брежнев, один из последних правителей российской сверхдержавы, изначально был по своим человеческим качествам неплохим мужиком. Не злым и более или менее разумным. Да и правителем – не самым худшим, не Иваном Грозным, не его слабоумным сыном Федором, не Павлом Первым. Где-то на уровне Елизаветы Петровны или Николая Второго.
Кстати, с этим последним его многое роднит, начиная с длительности
правления (примерно два десятка лет) и отцовских печалей (больной сын и
пьющая дочь), кончая неудавшимися реформами и попытками решить внутренние
проблемы страны с помощью войн с соседними государствами.
Если бы человек такого типа, как он, стал по воле судьбы правителем страны,
находившейся в стабильном состоянии, то он оставил бы по себе добрую память.
Но стране, падающей в экономическую пропасть, нужен был совсем другой
правитель, у которого хватило бы ума и воли для решительного перевода
стрелок на другой путь, нужен был человек такого типа, как
Андропов,
Горбачев,
Ельцин, возможно –
Путин.
Трудно представить себе, чтобы за восемнадцать лет кому бы то ни было
удалось сделать страну процветающей, но продолжить начатый
Хрущевым поиск
выхода ее из многолетнего тупика было совершенно необходимо.
В общем,
Леонид
Ильич не оказался достоин той высоты, на которую его
забросила жизнь. Потому, вероятно, и забросила, что существовавшая в СССР
политическая система автоматически продвигала наверх
середнячков, не слишком
опасных для правящего слоя партийных бюрократов.
А в последнее десятилетие
жизни
Леонида
Ильича отсутствие у него не каких-то особых достоинств, а
вообще простого человеческого достоинства, стало очевидным для всех – в
самом буквальном смысле этих слов, поскольку существовало телевидение.
Полна разнообразия
Чего в ней только нет
Европа есть и Азия
Ворюги и балет
Свободу любят ляхи
Болота любит чудь
А дурень любит бляхи
навешивать на грудь
1980
Оглавление