Алексей Смирнов

Георгий Семёнович Абашвили
Вице-адмирал остановил начало третей мировой войны
В Таллинне живет военный пенсионер Николай Обидин, который 40 лет тому назад доставил в Гавану первое судно с 42 ядерными боеголовками. Мир был на грани ядерной войны. Июнь 1962 года. Ветеран второй мировой войны, в то время в звании майора, Николай Обидин руководил базой подводных лодок в Таллинне (теперь порт Беккер). «Однажды ночью, - вспоминает он, – за мной приехал мой шофер и передал приказ командира морской базы явиться к нему немедленно».

Сейчас Обидин инвалид первой группы, живет в Копли в хрущевке, из окна которой открывается вид на морское побережье Штромки. События 40-летней давности вспоминает живо, как будто это было вчера.
 
Он продолжает рассказ о том ночном вызове:

- В Главном штабе меня ждал командир вице-адмирал Кузнецов, еще какой-то адмирал из Москвы и некто в гражданской одежде из КГБ. Мне дали три дня для сбора небольшой команды, затем надо было ехать в Калининград, там мне должен был дать указания командующий Балтийским военно-морским округом адмирал Орлов. Я спросил, почему в Калининград, но мне кратко ответили, что знать мне этого не нужно.
 
Через три дня я с командой из 30 матросов прибыл в Калининград. Меня принял там лично адмирал Орлов, он сказал: «Вы назначаетесь командиром первого эшелона Балтийского военно-морского округа. Пункт назначения узнаете из секретного пакета». А пакет мне надлежало вскрыть только на море, там были указаны координаты. Затем меня препроводили на судно, это был большой четырехпалубный грузовой корабль «Аткарск», команда которого должна была состоять из 75 человек. На одной из палуб этого судна могла разместиться по крайней мере тысяча спальных мест. В порту Мамоново корабль был загружен секретным грузом.

Что это был за груз – никому не было сказано. Кроме этого на судно было загружено много упакованных в фанерные ящики сельскохозяйственных машин, чтобы создать впечатление сельхозгруза, и принята еще тысяча человек. Прибывшие из Москвы адмирал и люди в штатском меня детально проинструктировали, мне пришлось дать четыре расписки в том, что я ознакомлен с секретным заданием и вытекающей из этого ответственностью. Мне были даны также полномочия расстреливать каждого, кто приблизится к секретному грузу. Всем нам выдали майки с короткими рукавами, из чего я заключил, что едем куда-то на юг.

Выйдя из Балтийского моря, я дал указание команде переодеться в штатское, у всех было изъято огнестрельное оружие – такие указания мне были даны на берегу. Проплыли Англию с Ирландией. И вскоре прибыли в тот пункт, где мне предстояло вскрыть пакет с пунктом назначения.

Пунктом назначения значилась Куба, порт прибытия Гавана
 
Едва мы миновали Азорские острова (принадлежащий Португалии архипелаг в центре Атлантики), как начались облеты американских самолетов, а по прошествии еще суток к нам приблизились американские корабли, откуда спросили, куда держим путь и что на борту. Я, как мне было приказано, ответил: «На судне торговый груз, направляемся на юг».

Однако американцы не удовлетворились этим, они нас окружили так, что мы не могли двигаться дальше, они могли нас атаковать. Мне на этот случай было дано указание в случае атаки секретный груз уничтожить.

Каким образом? А каким угодно. Мы с капитаном обдумывали, что нам делать. Приняли решение взять курс точно на юг. Этим мы потеряем четыре дня, но избежим преследования.

Так оно и вышло. А надо заметить, что на море поднялся сильный шторм – до 11 баллов, я опасался, что ящики поломает. Положение осложнялось тем, что была сильнейшая качка и в трюме находилась тысяча человек, им же нужно было выходить по крайней мере в туалет. Но поскольку выходить на палубу им было запрещено, то в трюме стояла ужасная вонь, временами можно было опорожнять ведра за борт, но бумагу выбрасывать было нельзя, по ней американцы могли определить, что на борту находится большая команда, так что всю туалетную бумагу приходилось отдельно собирать и сжигать в корабельной топке.

В трюме стояла ужасная духота, до 50 градусов. И ничем нельзя было смягчить положение людей. Я разрешил по ночам подниматься на палубу по тридцати человек и дышать. Через четыре дня после назначенного срока мы прибыли в Гавану. Нас встречал Рауль Кастро, министр обороны, брат Фиделя Кастро. Я доложил ему, что мы благополучно прибыли и груз нетронут.
 
Через некоторое время груз был тайно разгружен
 
Это делалось по ночам и только собственными силами. Ни один кубинец не мог даже приближаться к судну.
Секретный груз «Аткарска» составляли 42 атомные боеголовки. Ракетные установки и сами ракеты были разгружены на отдаленные плоские участки. По мнению Обидина, оружие можно было бы упрятать в джунглях. Над базой постоянно кружили американские самолеты.
 
По какой-то странной причине американцы не верили, что русские доставили на Кубу атомное оружие. 14 октября американский разведывательный самолет У-2 заснял все это предприятие, в то же время русские сбили второй американский разведывательный самолет, и с этого момента американцам стало ясно, что на Кубе советские ракеты.

- Итак, значит, американцы окружили Кубу. Что в это время происходило на советской базе?

- Американские корабли были ясно видны с берега. Наша разведка доложила, что приказа о нападении там ожидали 110,000 морских пехотинцев, которые должны были нас уничтожить. Разведка доложила также, что американский десант должен был стартовать 29 или 30 октября.
 
Мы погрузили ракеты на катера, решив обеспечить их в случае нападения ракетным оружием. Вообще-то, никто точно не знал, что нужно предпринимать. Военный совет, куда входил также и я, решил не ждать нападения 29-30 октября.

- То есть, вы решили произвести упреждающий удар?
- Точно так. Поступил приказ нажать кнопку в час ночи на 28 октября. 27 октября, мы назвали эту ночь «ночью ужасов», мы были на грани тревоги и слегка выпили для храбрости. Вот-вот должна была начаться война, возможно, мировая. Время приближалось к часу ночи, нервы на взводе.

Фидель Кастро сказал: «Нажимаем сейчас». Генерал Абашвили (Георгий Абашвили, высший главнокомандующий военных сил на Кубе – ред.) ответил: немного повременим. Прошла еще пара минут. Фидель Кастро настаивал, чего ждать, приказ ведь отдан, но Абашвили сказал, будем ждать.
 
Прошла минута, другая, третья. Фидель Кастро с Абашвили успели пропустить еще по стаканчику ликера. Через шесть минут из Москвы поступило указание: «Отставить!». Все облегченно вздохнули.

Выяснилось, что Хрущев и Кеннеди достигли договоренности. Кеннеди сказал, увезите ракеты, и тогда Америка не будет нападать на Кубу. Вообще-то, договоренность между ними была достигнута несколько раньше, но к нам это сообщение пришло почему-то с опозданием, лишь ночью 27 октября.

- Если бы вы послушались Фиделя и ровно в час ночи нажали бы кнопку...

-...то сейчас я не сидел бы здесь с вами. Кстати, Фидель Кастро был вначале чрезвычайно взвинчен, что ему не доложили о договоренности между Хрущевым и Кеннеди, он полагал, что его предали. На следующий день все кубинские газеты орали «Долой русских!», «Русским – нет!». Нам не доставили даже воды.

Позднее Фидель Кастро, конечно, понял, что могло бы произойти, если бы кнопка была нажата. Кризис миновал. Ракеты поочередно были вывезены, а я остался еще на год на Кубе для обучения кубинцев...

На снимках:
Как ЭТО БЫЛО: коротающий старость в таллиннском Копли Николай Обидин помнит
события 40-летней давности, словно они произошли вчера

Перевод Л. Симагиной
---------------
"Новые Известия", Таллин-Стокгольм

Карибский Кризис

www.pseudology.org